Развитие,Ритуалы Развития способностей,Магические Ритуалы,Техники Развития - SensesLab

Развитие,Ритуалы Развития способностей,Магические Ритуалы,Техники Развития
SensesLab

Главная
Приветствую Вас, Гость · RSS
Основное Меню
Ссылки

 Звезда Магов 

 OrionTS.ru 



Друзья
 Близнецы
 Овен Телец Близнецы Рак Лев Дева Весы Скорпион Стрелец КозерогВодолей
Рыбы

Близнецы

Аналитический канал из каузального тела в ментальное

 

Тот Боян, исполнен дивных сил,
Приступая к вещему напеву,
Серым волком по полю кружил,
Как орел, под облаком парил,
Растекался мыслею по древу.

«Слово о полку Игореве» в переводе Н. Заболоцкого

 

Чем человек отличается от животного? Вероятно, несколько самим разумом, ибо в наличии его у наших братьев меньших уже никто не сомневается, сколько количеством разнообразных фальсификаций и претензий создаваемых при его активной поддержке. Некритичное отношение к возможностям своего ментального тела как отдельных людей, так и групп и человечества в целом связано, по-видимому, с тем, что рациональный разум сравнительно недавно открыт и лишь начинает осваиваться как инструмент. Эта фаза развития (I дом, т.е. переход от муладхары к свадхистхане, см. 12 главу «Возвращенного оккультизма») лучше всего иллюстрируется первыми месяцами жизни младенца, когда любое его новое умение (повернул головку, засучил ножками, загулил, улыбнулся, нахмурился, пополз задом наперед) встречается взрывами радости и энтузиазма окружающих; мысль о критике или сужении спектра проявлений объекта (то есть ребенка) кажется невозможной или даже почти кощунственной.

Однако по прошествии года-двух первая фаза заканчивается, и к ребенку предъявляются уже и кое-какие требования (например, какать не иначе, чем сидя на горшке); автор надеется, что в эпоху Водолея отношение людей и коллективов к личному и групповому разуму уже достигнет этой фазы, и процессы мышления и ментального моделирования приобретут более культурный вид. Для этого в первую очередь необходимо правильно представлять роль рационального мышления и вообще ментальных медитаций в функционировании организма человека (и человечества).

* * *

Беспокойна мысль человеческая; все-то ей на месте не сидится. Однако перед тем, как начать свои бесконечные блуждания, она где-то возникает, и эти первоначальные ее зерна приносит канал Близнецов, манифестируя конец каузальной медитации, требующей в свое заключение некоторого осмысления и обдумывания.

Событие само по себе тоньше, деликатнее мысли; поэтому любое помышление о нем и последующий анализ всегда сопровождается существенным уплотнением, огрублением и схематизацией. Каждый человек иногда замечает, как трудно адекватно пересказать свои впечатления: обязательно что-то существенное или не ляжет в слова, или сильно ими исказится. С другой стороны, наблюдается и своеобразный эффект противоположного рода: часто рассказ о незначительных и в общем-то скучных событиях звучит гораздо живее и интереснее, чем были они сами. Конечно, пересказ есть нечто большее, чем создание ментального образа, так как слова вызывают вибрации на всех планах, но все же обычная коммуникативно-ориентированная речь апеллирует преимущественно к ментальному плану и описанные выше эффекты для близнецовских потоков типичны.

С другой стороны, каждое событие допускает самые разные интерпретации, толкования и описания: канал Близнецов аналитический, и каждое высохшее каузальное дерево (и даже травинка) становятся зернами и источниками энергии для самых разнообразных размышлений: на любой жизненный эпизод можно посмотреть с одной стороны, другой, третьей, и всякий раз получается на удивление по-разному. И важно понимать, что здесь количество ментальных интерпретаций не компенсирует их несовершенства как моделей происходящего в каузальном плане и, более того, этого и не предполагается: каждое тело в организме выполняет свои собственные функции, вовсе не дублирующие функции вышележащего. В частности, роль ментального тела не заключается в постоянном отслеживании и максимально точном моделировании каузального потока, как это кажется многим почитателям человеческого разума.

Ум не должен следить за событиями жизни человека подобно тайной полиции. Даже писатели и поэты, проходя мимо розового куста или встречаясь с любимой женщиной, не рефлексируют тут же свои переживания, включая с этой целью внутреннюю машинистку, быстро печатающую стенограмму текущих событий, почти полностью их при этом заглушая ударом клавиш. Если подобный процесс происходит постоянно, то человек болен неврозом ментальной навязчивости, от которого страдает весь его организм, и в первую очередь — ментальное и каузальное тела. На первый взгляд, это противоречит постоянным призывам великого мистика Бхагвана Шри Раджниша: «Делайте все, что угодно, но осознавайте это»; однако тот же самый Раджниш говорил, что когда он приходит домой и оказывается в одиночестве, ни одна мысль не проплывает по его внутреннему небу. Поэтому лучше воспринимать его указания как одну из психотехник (или особый путь к просветлению), но не как норму поведения обычного человека.

Качественно здесь ситуация такая же, как и в случае Тельца и Овна: поток Близнецов включается тогда, когда заходит в тупик каузальная медитация, то есть некоторая цепочка событий не может ни прекратиться, ни продолжить свое развитие и в некотором роде умирает, оставляя на своем месте в каузальном теле высохшее растение (или его ветку). В общем, ничто на земле не проходит бесследно, как справедливо заметил поэт-песенник с философским уклоном, и «следы» событий, когда-то имевших место, попадают в ментальный план иногда в виде добрых семян-мыслеформ, а иногда — в виде злых зародышей, в форме лучей ласкового ментального солнца или жестокого, уничтожающего все живое, рентгеновского излучения — но далеко не всегда и не сразу осознаются.

Автор менее всего претендует на адекватное описание роли ментального тела в организме; совершенно ясно, что в настоящее время об этом имеются лишь самые поверхностные сведения, которые будут углубляться очень постепенно. Цель, которую автор в данном случае ставит перед собой, это скорее постановка вопроса, нежели его исследование. Однако в рассматриваемой парадигме напрашивается следующий вывод: человек совсем не так свободен в своих мыслях, как это принято считать, причем эта несвобода имеет два качественно различных источника.

Первый источник ограничений это сама структура ментального тела, его эволюционный уровень и природа стандартных (и в большинстве подсознательных) программ мышления, свойственных данному человеку. Второй же источник ограничений — это необходимость выращивать близнецовские всходы, то есть продумывать некоторые события и обстоятельства, которые особенно настоятельно этого требуют. Это вовсе не означает плоского конкретно-ориентированного мышления: иногда каузальные тупики вызывают к жизни очень глубокие ментальные медитации, заставляющие человека вырабатывать качественно новые ментальные символические системы и перестраивать с их помощью всю свою ментальную картину мира. Но все-таки главной особенностью ментального тела является адекватное реагирование на близнецовские трансляции, и все прочие его функции, в частности, самоочищение, развитие и взаимодействие с внешней ментальной средой, должны производиться если не под флагом, то, по крайней мере, с учетом этой главной обязанности.

В общественном подсознании, однако, ментальное тело чаще всего рассматривается в связи с буддхиальным, а каузальное при этом оказывается где-то сбоку. Так оно удобнее: в уютных парах ум (ментальный) — мудрость (буддхиальная) и соображение (ментальное) — ценность (буддхиальная) человек ощущает себя свободным, в силу аналитичности как ментального, так и буддхиального тел, и вставлять между ними синтетичный каузальный поток совсем даже не хочется. При этом возникает ощущение удивительной легкости, почти невесомости жизни: ментальное тело, вместо того, чтобы с трудом корректировать каузальные тупики, тщательно переводя их на разнообразные символические темы и затем анализируя, сопоставляя, делая выводы и прочую трудную ментальную работу, просто-напросто, игнорируя каузальный поток, подстраивается под буддхиальное, так что два совершенно и принципиально различных понятия: экзистенциальная и ментальная картина мира сливаются как бы в одно, к великому ущербу для организма и судьбы самого человека.

Дело в том, что ценности очень редко нуждаются в ментальной интерпретации и логическом анализе: если такая потребность возникает, то это означает двойной тупик развития: сначала буддхиального, а затем каузального, им порожденного. Например, несовместимость некоторых ценностей оказывается в какой-то момент непреодолимым препятствием для душевного развития человека, и тогда возникает каузальный бунт (скажем, человек уходит из семьи или резко увольняется с работы в никуда), порождающий цепь событий, которая также заходит в тупик: возникает ситуация, неразрешимая на каузальном уровне. Только после этого в ментальное тело попадают зерна будущих размышлений, в которых лишь по косвенным отблескам можно прозревать исходное буддхиальное противоречие.

Типичный пример такого положения это возвращение Ивана-дурака к коньку-горбунку после того как царь, увидев золотое перо жар-птицы, дает Ивану очевидно невыполнимое задание: поймать ее и привести во дворец. Налицо каузальный тупик, поскольку естественный выход из ситуации — усекновение собственной головы — героя сказки не устраивает. В результате включается канал Близнецов, и Иван начинает интенсивно думать: не о своих ценностях, надо полагать, а в чистом виде о каузальном плане: как все же доставить птицу или спасаться от царского гнева. В том же смысле выступает и конек-горбунок, предлагая (ментальный) план поимки экзотического образца фауны, хотя вскользь и отмечает буддхиальную причину, приведшую к столь тяжкому каузальному тупику: это противоречие между ценностями: с одной стороны, скромностью и осторожностью, предписанными Ивану коньком-горбунком (читай: атманическим телом), а с другой — жадностью и тщеславием, заставившими Ивана взять перо с собой и легкомысленно любоваться им, вынимая из тряпицы.

Интересно, как бы отреагировал Иван-дурак, если бы конек ограничился указанием на описанное выше этическое противоречие; во всяком случае, ясно, что ум (в отличие от заднего ума) в данном случае должен заниматься именно каузальной проблемой, а точнее, обрабатывать близнецовские проекции каузального тупика на ментальное тело.

Читатель может возразить, что умный человек тем и отличается, что обдумывает варианты событий, еще не происшедших, но имеющих некоторую склонность к тому, чтобы произойти. Это, конечно, справедливо, но нельзя слишком точно привязывать события к линейно текущему времени. Безусловно, у каждого события есть некоторый момент, когда оно, собственно, случается (так сказать, его эпицентр), равно как и место, где оно происходит. Но оно оказывает существенное влияние на соседние (и по времени, и по месту) события, так что можно говорить о некоторой его плотности распределения в пространстве-времени, и в конечном счете оно ощущается всегда и везде: и в прошлом, и в будущем, и на любом расстоянии от места, где оно непосредственно произошло, — в полном соответствии с принципом единства мира. Поэтому человек с проработанными Близнецами и чувствительным ментальным телом часто способен на довольно точный прогноз, а его ошибки будут, скорее всего, связаны с внезапным включением канала Тельца, что всегда влечет изменение курса и зачастую характера событий.

Таким образом, если у человека возникает яркая мысль о будущем (или прошлом) событии, вполне вероятно, что она выросла из семени, доставленного близнецовским каналом, и сигнализирует о будущем (прошлом) каузальном тупике, откуда нужно искать выход.

Последняя фраза может вызывать у читателя недоумение. Если есть еще некоторый (неочевидный) смысл в том, чтобы решать проблемы, которые может быть возникнут, то уж совсем странно решать неактуальные проблемы прошлого, то есть искать выход из тупиков, которые хуже ли, лучше ли, но уже открыты и пройдены. Но если встать на эволюционную точку зрения, согласно которой общий смысл жизни человека — постепенное (в соответствии с программой, заложенной в атманическом теле) утончение и высветление всего организма, происходящее главным образом путем обучения на материале отдельных проблем и тупиков, то становится понятным, что как плохо разрешенная каузальная ситуация прошлого, так и потенциально маячащая впереди, и даже по видимости вовсе чужая, но почему-то прочно оккупировавшая мозг проблема появляется в ментальном теле для того, чтобы активизировать ментальную медитацию, ведущую к ее решению — или тупику.

* * *

Необходимо четко различать сознание, осознание и мышление. В то время как первое слово характеризует особый, наиболее фокусированный тип восприятия, второе есть название некоторых видов ментальных медитаций, в широком смысле даже просто синонимом этого словосочетания. Таким образом, если сознавать можно любое тело и его вибрации, от атманических до физических, то мышление всегда есть оперирование и манипулирование с мыслеформами, то есть фрагментами ментального тела и его энергиями. Осознание есть создание мыслеформы, моделирующей в ментальном теле человека объект или явление, которые он только что осознал. Таким образом, когда человек сознает что-либо, то его точка сборки (центр восприятия) может быть где угодно (то есть в любом теле), но когда он это осознает, она перемещается в ментальное тело и человек созерцает уже соответствующую мыслеформу, с которой может, разумеется, начать оперировать свойственными ментальному телу (и только ему) способами, то есть ее мыслить. Примером мышления может служить процесс, результатом которого является узнавание: человек воспринимает некоторый объект (любого плана), затем осознает его, т.е. создает ментальный аналог и фокусирует на нем свое внимание, после чего сравнивает с определенным набором мыслеформ-образцов; если с одной из них обнаруживается тождество или сильное сходство, у человека возникает особый сигнал, точнее, ментальная вибрация, субъективно переживаемая как опознание: «Привет, старик! Сколько лет, сколько зим!»

Включение Близнецов, вообще говоря, не требует от человека никаких мысительных процессов и осознания чего-либо. Вообще все зодиакальные потоки идут чрезвычайно естественно и в нормальных условиях, то есть при здоровом и не слишком перегруженном организме, привлекают к себе не больше внимания, чем, скажем, ритм сердцебиения и движения крови к сосудам. Было бы неправильно представлять включение Близнецов как непосредственно инициирующее ментальную деятельность или ориентирующее ее в определенном направлении. Даже интенсивный близнецовский поток способен лишь увеличить общую энергетику ментального тела и посеять семена будущих мыслеформ: однако их вырастание до размеров нормальных растений всегда требует некоторого времени, иногда довольно большого, а иные семена могут и вовсе не взойти.

Кроме того, нужно иметь в виду, что человек осознает лишь ничтожную часть своей ментальной деятельности. Ориентировка во внешнем мире, управление движениями физического тела в пространстве и функционирование его внутренних органов происходят почти целиком бессознательно, но при активном участии ментального тела. Даже то мышление, которому человека учат специально и которое он склонен считать «своим», то есть специфически человеческим, осознается им лишь очень фрагментарно, если говорить о «левополушарных» цепочках рассуждений, и почти не осознается, если говорить о «правополушарном» ассоциативном мышлении, синтезе мыслеформ и их узнавании.

Поэтому близнецовские включения переживаются как усиление ментального потенциала и определенный поворот будущего направления мыслей: события произошли, и теперь можно о них подумать или со вкусом обсудить, рассмотреть случившееся с разных сторон, сопоставить с уже имеющимися данными, то есть включить в ментальную картину мира и, быть может, отчасти ее перестроить. Однако содержание будущих ментальных медитаций человеку еще не вполне ясно — он их только предвкушает или, наоборот, ждет с неприязнью и опаской и старается незаметно отвлечься и вытеснить их поглубже в подсознание.

Будучи, как и Овен, аналитическим каналом, то есть имея вид единого выходящего из каузального тела русла, дробящегося при приближении к ментальному на множество рукавов, Близнецы отличаются от Овна большей свободой функционирования и конструирования; другими словами, здесь от сознательной воли человека зависит гораздо больше, но, соответственно, шире и возможности непонимания и нарушения равновесия организма, и потому, направленно организуя канал Близнецов и вообще работая с ним, нужно быть очень аккуратным.

Формирование ценностей из идеала — процесс, в котором человек имеет малую свободу: ценность есть не что иное, как преломление, конкретизация идеала применительно к конкретной сфере жизни человека. В некотором высшем (читай — атманическом) смысле он всегда стремится к одному и тому же, но в разных областях это стремление оформляется по-разному, и этой конкретизацией и занимается Овен.

В отличие от Овна, Близнецы трансформируют события в ментальные образы, и здесь нет никакой определенности в отношении ментальных систем или языков, в которых эти образы формируются: как человек хочет или привык, той ментальной системой он и пользуется, а при случае вполне может прибегнуть и к какой-то другой: для этого нужны определенные усилия, но для умственно развитого и культурного человека они вполне доступны, и это становится для него огромной проблемой, особенно на нынешнем этапе развития человечества, когда его ментальное тело болезненно гипертрофировано и пытается исполнять искусственно возложенные на него, но ему совершенно не свойственные функции.

В основе каждого ментального языка лежит символическая система, но она может быть ориентирована на любой план — от атманического до физического, и даже сразу на несколько из них. Но любое моделирование имеет свои пределы точности, поэтому выбор близнецовского рукава, предопределяющий выбор символического языка, на котором будет проинтерпретировано (читай — смоделировано) событие, имеет принципиальное значение. Ошибки и погрешности при моделировании неизбежны, но они не должны закрывать возможности решить каузальное затруднение на ментальном плане, и здесь правильный выбор близнецовского рукава часто имеет решающее значение.

В качестве примера рассмотрим следующую ситуацию.

Столкнувшись с определенными жизненными трудностями (препятствия в профессиональном продвижении) и параллельно возникшими психологическими проблемами (повышенная нервозность в связи с неуверенностью в себе, непонимание своего места в социуме и мире в целом), молодой человек А.решает пойти в обучение к местному гуру, исповедующему своеобразную философию и ведущему группы психологического тренинга. Попав в одну из таких групп, А.некоторое время успешно осваивает как философию, так и искусство межличностного общения, но вдруг все его отношения в группе как-то непонятно разваливаются и возникает конфликтная ситуация, при которой он больше не в состоянии туда приходить.

Как можно осмысливать этот каузальный тупик?

Например, на атманическом уровне, т.е. используя ментально-атманическое тело и символическую систему, содержащую символы атманического плана, тогда описание данного случая может выглядеть так:

«Моя карма вошла в противоречие с кармой группы, а может быть, и самого Наставника. Его миссия несовместима с моей, и мой религиозный идеал, формируясь под его влиянием, профанируется и становится кукольным». Однако этот вывод, скорее всего, будет преждевременным, поскольку маловероятно, чтобы за две недели обучения в группе у А.существенно изменилось атманическое тело и трансформировался идеал.

Осмысленная на буддхиальном уровне, ситуация может быть сформулирована, например, в психологических терминах:

«Я подсознательно протестую, отрицая архетипы отношения к миру, навязываемые мне группой. В частности, мое суперэго не приемлет обязательного для группы уровня интимности, непосредственности и личностной невключенности, и ее свобода проявилась в моем изгнании». Однако и это объяснение мало что дает для понимания личной проблемы А., приводящей его к вторичному фиаско.

Рассмотрение каузального плана дает следующую картину:

«Этот тип в синем пиджаке явно ходит в любимчиках у Наставника, все время задает ему глупые вопросы, а тот почему-то отвечает, а вся группа, как ослы, развесив уши, непонятно почему внимательно слушает. На меня вообще никто не обращает внимания! Презирают, конечно, но неуклюже стараются это скрыть, подчеркнуто вежливо здороваясь и прощаясь. Ненатурально! А если бы я действительно понравился этой роскошной блондинке, она постаралась бы замечать меня более отчетливо и не флиртовала беспрерывно с чернявым дылдой... Но вообще-то там интересно, и непонятно, чего я вообразил, что у меня с ними конфликт».

На этом примере видно, что в зависимости от способа осмысления своей ситуации человек придет в первых двух случаях к решению прекратить хождение в группу, а в третьем — его продолжить, а если воспользуется всеми тремя одновременно, то впадет в некоторую растерянность, а может быть, в ментальную фрустрацию, но что именно в данном случае предпочтительнее, пусть судит читатель и сам А.: автор лишь иллюстрирует различие между интерпретациями каузального тупика при рассмотрении его в разных символических системах ментального тела, соответствующих различным рукавам близнецовского канала.

* * *

Близнецы всегда упрощают и уплотняют событие, переводя его в ментальный образ, например, сообщение; поэтому типичная близнецовская профессия это журналист, точнее, репортер: журналист, помимо репортерского сообщения, дает к нему еще и ментальный комментарий, то есть проращивает зерна, принесенные в ментальный план близнецовским потоком. Поднимаясь на план выше, мы увидим писателя как представителя тельцовской профессии; дар рассказчика, то есть искусство передавать словами каузальный поток, позволяет ему проращивать каузальные зерна, посеянные Тельцом: развивать сюжет так, чтобы читателю было ИНТЕРЕСНО (последнее слово как раз и означает активность каузального тела). Типично близнецовским занятием является составление реферата, конспекта, шпаргалки, основное требование к которым — содержательность, то есть способность инициировать и направлять ментальную медитацию.

* * *

Понятно, что распределение рукавов близнецовского канала при его впадении в ментальное тело приблизительно соответствует энергетике и частоте эксплуатации ментальных символических систем (языков), которыми человек пользуется. Чем богаче эти системы, чем они сложнее и гибче, тем более разветвленной становится система рукавов, и тем сильнее у человека возникает иллюзия могущества или даже всемогущества его разума.

Действительно, так называемый ограниченный или глупый человек имеет один-два больших близнецовских рукава и способен проинтерпретировать каузальный тупик единственным способом, хорошо, если двумя, и если они оказываются разными, тут же попадает в ментальный тупик. Наоборот, человек, способный рассмотреть событие с десяти разных сторон и получить его ментальные образы (рефераты, сообщения) в десяти разных символических системах, да еще умеющий как-то сочетать их друг с другом, получает практически неисчерпаемые возможности для разнообразных ментальных спекуляций, по идее приближающих его к решению каузальной проблемы — таковы зачастую парламентские дебаты по сложным вопросам, не находящим удовлетворительного для всех решения. Тогда начинает казаться, что еще немного — и оно будет найдено, ведь столько умных идей и суждений в какой-то момент, провзаимодействовав во всех вариантах, приведут к успешному разрешению любой трудности. Увы, здесь зачастую реализуется кошмар начинающего бильярдиста: шар, на миллиметр превосходящий размер лузы. Как хитроумно не гоняешь его по столу, он никак не желает в него ложиться. И здесь мы переходим к теме проработки канала Близнецов, а также его возможностей и обязанностей, возлагаемых на него человеком.

* * *

Если назвать одним словом проблему Близнецов, то это понимание. Проработка канала и, параллельно с этим, развитие ментального тела, дают человеку возможность более глубокого и разностороннего понимания событийных тупиков и остановок, неразрешимых на каузальном уровне и требующих ментального разрешения.


Голосуй за то что тебе нравится!
Нравится


SensesLab © 2017
Реклама
Посетители